24 сентября 2007 года я впервые увидел Двач. Он шел, хромая, прямо мне навстречу с бумажным пакетом надетым на голову. Я помню, как отшатнулся от него и брезгливо сморщившись проводил его взглядом. Двач был уже стар и тяжело болен, люди не хотели знать его и называли старым и сумасшедшим чудаком. Двач жил в одном подъезде со мной, я недавно въехал в эту квартиру и уже успел поболтать с некоторыми соседями, которые отзывались о нем исключительно отрицательно. Кто-то говорил, что Двач сильно пьет, кто-то рассказывал, что он издевается над животными, кто-то говорил, что Двач старый сиделец, а некоторые вообще подозревали, что он наркоман. Двачу на вид было лет 65, хотя он был гораздо моложе, он редко выходил из квартиры, но всегда соседи старались накричать на него и облаять, если им удавалось повстречать его. 
Шло время, я обжился, работа шла хорошо и я занялся обустройством квартиры. В один из летних вечеров, когда у меня был отпуск и я занимался небольшим ремонтом, я вышел на лестничную площадку, чтобы выкинуть мусор. Около мусоропровода я увидел лежащего ничком Двача, на голову он зачем-то надел бумажный пакет с прорезями для глаз и, казалось, спал. Я подошел ближе, оставил мусор к стене и приев на корточки стал разглядывать его. Повинуясь порыву я начал стаскивать пакет, но Двач вдруг проснулся и забормотав что-то начал натягивать его обратно. Я выкинул мусор и ушел домой забыв об этом эпизоде. 
Через две недели произошло нечто круто изменившее мою жизнь. Возвращаясь из магазина и поднимаясь по лестнице я увидел Двача, лежащего перед открытой дверью своей квартиры. Казалось, что он внезапно отключился так и не выпустив ключ из руки. Чувство жалости проснулось во мне, я взял его за куртку и раскрыв дверь затащил в квартиру.
Его квартира была скромно обставлена, в серых тонах. Достаточно чисто, хотя и не без беспорядка. В одной из комнат я обнаружил много стеллажей с книгами, множество каких-то подшивок, папок, вырезок из газет. Нигде не было фотографий, только несколько картин висели на стенах, что, впрочем, не придавало уюта. Я собрался уйти и развернулся, но увидел Двача вставшего в дверном проеме. Он поприветствовал меня, у него был достаточно приятный, с хрипотцой, голос и интересная манера управления интонациями. Слово за слово мы разговорились и я сам не заметил, как пролетели два часа и я вышел из его квартиры пожав хозяину руку на прощание. Удивительно, но я раньше никогда так хорошо не общался, никто не понимал меня так, как он. Казалось, что я говорю сам с собой и это было невероятно. на следующий вечер я сам постучался к нему. К моему удивлению, он открыл и пригласил меня внутрь. И снова я почувствовал эту близость в общении. Мы обсуждали все, что приходило к нам в голову, самые острые и яркие темы. Мудрость и чувство юмора старика распологали к долгим беседам и, как мне показалось, он тоже был рад мне. Когда мы разговаривали он не снимал бумажного пакета и позднее предложил мне общение в темноте, без эмоций и жестов. Мы начали общаться при отсутствии света и это было восхитительно. Шло время, соседи стали считать меня таким же, как Двач, но мне было плевать. Двач подарил мне новую жизнь, новые идеи и мне было все равно, что думают другие. Я стал лучше, умнее, хитрее, я стал лучше понимать окружающий мир и иногда был счастлив. Двач был тяжело болен и я помогал ему, как мог. Он отказывался от денег, но я приносил еду под видом угощения на вечер или дарил вещи под видом праздничного подарка. Я стал брать книги из его библиотеки и открыл для себя много новой восхитительной литературы.
В один из этих вечеров Двач сказал мне, что ему осталось совсем немного и попросил меня приходить почаще, если я смогу. Конечно я согласился и навещал его почти каждый день. Общение наше не угасало и мы былив сегда рады друг другу. 
В новый год 2009 года я познакомился на улице с очаровательной девушкой, которую звали Даша. Она стала смыслом моей жизни и я, к сожалению, стал реже заходить к Двачу. Нам с Дашей было невероятно весело вместе и мы любили друг друга. В один из январских вечеров, когда я шел с Дашей в кино мне позвонил Двач, он спросил не смогу ли я сегодня прийти и рассказал о новом журнале, который недавно открыл для себя. Я сказал ему, что зайду завтра, так как сегодня я уже иду в кино с Дашей. Двач еще немного побеседовал со мной и с неохотой положил трубку.
Честно говоря, кино оказалось паршивым и слово за слово я поругался с Дашей, вдруг она открыла себя для меня с новой, мелочной, мерзкой и гадкой стороны. Я ушел прямо из зала послав ее к черту. Я шел закутавшись в пальто и в голове крутилась только одна мысль, зайти к Двачу и рассказать ему о этой стерве. Подойдя к его двери я увидел, что она открыта. Я вошел и сердце в моей груди екнуло от тишины. Дойдя до его комнаты и включив свет я увидел, что Двач лежит на полу, а на столе стоят разные угощения. Рядом со столом стоял старенький магнитофон и несколько явно заботливо подобранных кассет. Я упал на колени и рыдая подполз к нему, проверив его пульс и дыхание я убедился, что он умер. Я всю ночь прорыдал рядом с ним, затем я поднялся к себе и долго ломал мебель и рвал обои крича и плача. Когда его хоронили я не позволил снять пакет с его, должно быть, старческого лица. Я выстоял похороны, которые оплатил, поговорил о установке нагдробного памятника, а потом поехал домой. С тех пор у меня нет друзей и я не переживаю по этому поводу. У меня было время знакомства с лучшим человеком, которого я знал. Время проведенное с человеком умершим 17 января 2009 года.

Краткий курс потребительства. Многие персонажи весьма узнаваемы.

 1. Кредитные карты
 Петя Клюшкин получает 30 тысяч рублей в месяц. Также у него есть несколько кредитных карточек с общим долгом в 100 тысяч рублей. За обслуживание этого кредита Петя ежемесячно платит банкам десять процентов от своей зарплаты: три тысячи.
 Получается почти церковная десятина. Если бы Петя поклонялся Золотому Тельцу, его бы, возможно, такая ситуация и устраивала бы. Однако Петя молится иным богам, а свои банки тихо ненавидит за ежемесячное вымогательство денег.
 При этом потихоньку выплатить кредит и перестать выплачивать дань ростовщикам Петя не может. Во-первых, его плотно держит на крючке такой прием как "минимальный платеж": если Петя перестанет тратить деньги с кредиток, ему придется в течение нескольких месяцев жить на половину зарплаты, чего он себе позволить не может.
 А во-вторых, вокруг столько соблазнов, столько вещей-которые-можно-купить-за-деньги… Что Петя не видит иного выхода, кроме как продолжать год за годом кормить жирующие на его беде банки.
 Забавный факт: Петя давно уже мечтает о собственном бизнесе, при этом рентабельность в тридцать процентов годовых его более чем устроила бы. Однако организовать абсолютно железный гешефт – выплатить банкам долг и начать класть проценты по кредиту себе в карман – Петя не может. Матрица не пускает.

 2. Автомобили
 Коля Пятачков любит автомобили. Раньше он ездил на метро, потом скопил денег на жигули. Сейчас перемещается на взятом в кредит лансере. Денег у него в обрез, часто приходится экономить на самом важном, типа отпуска или врачей. Но жизни без своего автомобиля Коля уже не представляет.
 Ему надо отдавать кредит за машину, расплачиваться за втюханное дилером дополнительное оборудование и несуразно дорогую страховку. Ему надо решать кучу мелких проблем с парковкой, с царапинами, с заменой расходников и с гарантийным ремонтом. Ему надо раз в сезон менять резину и три раза в неделю заливать себе полный бак.
 Коля, в принципе, не жалуется. Каждый отдельный денежный впрыск в машину вполне посилен. Вот только если бы Коля тщательно подсчитал стоимость владения своим сокровищем, он бы выяснил, что узкоглазый четвероколесный друг ежемесячно пожирает треть его зарплаты и половину его свободного времени.
 Мог бы Коля купить себе вместо Лансера старую добрую Ладу Зубило, чтобы не заморачиваться вообще ни КАСКО, ни ржавчиной/царапинами, ни дорогими запчастями? Чтобы бросать машину где угодно, и чтобы чиниться за мелкий прайс в хорошем сервисе рядом с домом, без бумажной возни и без очередей?
 Наверное, мог бы. Но если вы скажете Коле, что он выбрал себе машину не по уровню, Коля даже не будет посылать вас в задницу с вашими советами. Коля просто сделает удивленные глаза и покрутит пальцем у виска.

 3. Недосып
 Оля Головоластная спит по шесть часов день. Иногда – по пять часов. Проснулась, хлопнула кофе, и давай суетиться до самой ночи.
 Другая девушка на ее месте давно бы уже задумалась о том, что как-то неправильно живет. Но Оля вот уже много лет не высыпается, и думать она уже давно отучилась. Когда у Оли выпадают свободные полчаса, она наливает себе очередную чашку какой-нибудь бодрящей бурды и… садится тупить. Смотрит телевизор, втыкает в Интернет, просто глядит осоловевшими глазами в стену и гоняет по кругу пустые мысли.
 Со стороны кажется, будто выйти из этого порочного круга очень просто. Надо просто взять себе за правило нырять под одеяло ровно в двенадцать ночи. Пара недель восьмичасового сна, и Олю будет не узнать. Она станет спокойной и доброй, перестанет гавкать на людей и начнет все успевать.
 Но… чтобы в ритме вальса переделать все дела к одиннадцати вечера надо совершить над собой некислое волевое усилие. А на такое усилие сонная Оля, увы, не способна.
 Невыспавшаяся Оля будет ежедневно тратить несколько часов на разного рода бессмысленную ерунду. Из-за этих потерянных часов Оля будет ежедневно ложиться не в двенадцать, а в два. А в восемь утра – хочешь или не хочешь – ей придется невыспавшейся вставать и копытить на работу.

 4. Дорогие вещи
 Глеб Щерблюнич не настолько богат, чтобы покупать дешевые вещи. Точнее, он вообще не богат. Глеб – нищеброд, и денег у него часто не хватает даже на чашку дымящегося кофе в автомате этажом ниже его офиса.
 Однако говорить "идите в жопу, это для меня слишком дорого" Глеб не умеет. Из-за этого он постоянно покупает себе вещи, при виде которых даже у гораздо более обеспеченного человека на горле немедленно смыкаются холодные зеленые лапки.
 Кожаная куртка ценой в две зарплаты? Я не настолько богат, чтобы покупать дешевые вещи. И плевать, что в размерах и фасонах Глеб не разбирается, из-за чего выглядит в этой куртке как сын скупщика краденого.
 Ноутбук последней модели за восемьдесят тысяч рублей? Я не настолько богат, чтобы покупать дешевые вещи. Возьму кредит под безумные проценты, буду два года питаться овсяной кашей с солью и ездить зайцем на метро, но зато у меня на полке будет пылиться красивый серебристый ноутбук.
 Спрашивается, и чего бы Глебу не быть поскромнее, и не покупать себе вещи чуть похуже, но в десять раз дешевле?
 Да все просто. Глеб ленится потратить три часа времени, чтобы посравнивать цены и характеристики, чтобы просчитать плюсы и минусы покупки. Ему проще кавалерийски рубануть рукой и сказать "я решил, покупаю". Кроме того, несмотря на дырявые ботинки и заклееные изолентой очки, Глеб стесняется сообщать продавцам, что он нищеброд.

 5. Ремонт
 Клава Загребрюк считает, что квартиры в России слишком дорогие. Один Б-г знает, каких усилий ей и ее семье стоила эта новая двухкомнатная квартира. Теперь Клава делает в квартире ремонт.
 Возьмем, например, кухню.
 Можно пойти в строительный магазин и купить там самую дешевую кухню, тысяч так за восемь рублей. За эти деньги Клава получит несколько убогих шкафчиков из ЛДСП, пусть безо всяких претензий на дизайн, но все же умеющих хранить внутри себя тарелки и кастрюли.
 Можно пойти к шведам в ИКЕА и выбрать себе уже что-нибудь поприличнее, тысяч так за пятьдесят. Качество, конечно, будет не фонтан, но если найти хорошего сборщика, который потратит несколько дней на доводку изделий экономных шведов до ума, получится вполне себе даже симпатично.
 Можно навестить какую-нибудь нашу мебельную фабрику и выбрать из каталога кухню под заказ. Это будет уже тысяч двести, но зато подружки Клавы будут одобрительно цокать языками при виде подсветки внутри шкафчиков и синусоидного карниза над пылесборными декоративными полочками.
 Можно зайти в салон итальянской мебели и поддаться скромному обаянию буржуазии. Там цены на кухни начинаются где-то от одного миллиона, но если немного повезет, можно будет отхватить что-нибудь из старой коллекции с огромной скидкой…
 Спрашивается, какого хлора Клава купила кухню за шестьсот тысяч рублей? Это же годовая (!) ее с мужем зарплата. При этом никаких накоплений в семье не намечается, им и так пришлось занимать, чтобы завершить ремонт к зиме.
 Нет, я понимаю, кухня – это важно, кухня – это надолго, Италия – это качество… Но если Клава не могла никак повлиять на цену квартиры, то вот хотя бы цена ремонта была в ее власти? Вот серьезно, если бы Клава потратила на ремонт не два миллиона, а двести тысяч рублей – что, сэкономленные три года работы не окупили бы ей моральных страданий от вида дешевой плитки и тонкого ламината?

 6. Нытье
 Егор Оскопчик постоянно рассказывает знакомым истории, одну просто удивительнее другой. Про кризис. Про какую-то политоту, митинги. Егор вечно на взводе, у него постоянно кто-то неправ: то начальник, то гаишник, то всенародно избранный президент Российской Федерации.
 Конечно, мы живем в свободной стране, и Егор имеет право в кругу друзей обкладывать гениталиями кого угодно… но ведь Егор постоянно страдает из-за чужих проблем. Привычка лезть в чужие проблемы регулярно заставляет его чувствовать гнетущее бессилие, осознавать, что где-то что-то плохо, а он не может ничего изменить.
 Если бы Егору кто-нибудь объяснил, что наш мир устроен несправедливо, и что единственный способ сделать его лучше – начать с самого себя, Егор, наверное, давно бы уже был на какой-нибудь руководящей должности. Мозги и руки у Егора на месте, энергия из него так и прет.
 Вот только Егор, к сожалению, предпочитает тратить свою неистощимую энергию не на созидательную деятельность, а на обличение и наказание людей, которые – по мнению Егора – ведут себя неправильно.
 Сам себя Егор считает хорошо приспособленным к жизни человеком: он умеет скандалить и стоять на своем, может при случае даже в морду дать. Друзья же смотрят на Егора с плохо скрываемой жалостью. Так как Егор постоянно вляпывается на ровном месте то в скандалы, то в драки, то даже в какие-то нелепые суды.

 7. Нежелание учиться
 Даша Гундогубова потратила десять лет на школу и шесть лет на институт. Страшно подсчитать, сколько десятков тысяч часов она провела в пыльных аудиториях, напряженно вслушиваясь в заунывное бормотание косноязычных педагогов. Даша гордится своим синим дипломом и никогда не упускает случая похвастаться громкими буквами учебного заведения, которое ей удалось обсидеть.
 Вместе с тем, Даше лень потратить один день, чтобы научиться нормально работать в Ворде. Из-за этого она делает документы в три раза дольше, чем могла бы, при этом документы получаются весьма уродливыми. Даша не видит в этом никакой проблемы. Начальство же несправедливо считает Дашу дурой, и платит ей в два раза меньше, чем куда как менее смышленой Кате. Так Катя, несмотря на все свои недостатки, Ворд таки освоила на приличном уровне.
 Еще Даше лень потратить несколько вечеров, чтобы закончить курсы вождения. Поэтому Даша не чувствует габаритов своей красивой машинки, паркуется по 10 минут там, где умелый водитель запарковался бы за несколько секунд, и не реже чем раз в полгода попадает в нелепейшие аварии.
 До кучи у Даши очень туго открывается замок на входной двери. Каждый вечер Даша подолгу шерудит в нем ключом, вздрагивая от каждого шороха в парадной и надавливая на ключ с разных сторон. При этом потратить пять минут времени и найти решение проблемы в Интернете в голову Даше даже не приходит.
 К сожалению, в момент выдачи диплома Даше забыли сказать, что халява кончилась, и что обязанность заставлять себя учиться теперь возложена лично на нее.

 8. Этанольная петля
 Юра Скоблеплюхин периодически смотрит в зеркало и думает, что надо бы, наконец, записаться в тренажерный зал: убрать пивной животик и взбордрить мышцы гирями-гантелями. Однако Юра работает пять дней в неделю, а после работы выпивает кружку-другую разбавленного этанола.
 Он вовсе не алкоголик: Юра верит, что спирт в малых дозах если не полезен, то хотя бы не особо вреден.
 Однако работа и алкоголь так хорошо структурируют его время, что записаться в тренажерный зал ему решительно некогда, да и сил после подвигов трудовых на подвиги спортивные уже не остается.
 Острых причин менять ритм своей жизни у Юры нет. Просто Юра выглядит на пятнадцать лет старше своего возраста и все время чувствует себя слегка паршиво… но в целом все ок. Матрица держит Юру стальной хваткой. Шансов сорвать со своего горла ее пальцы у Юры, прямо скажем, немного.

 9. Плохие зубы
 Гриша Снегиряк совершенно не страдает от зубной боли. Он знает, что у него глубокий кариес на четырнадцати зубах… но вот конкретно сейчас ничего не болит и визит к стоматологу, вроде как, можно пока отложить.
 Гриша понимает, что кариес – это не насморк, сам по себе он не пройдет. Гриша понимает, что вставлять протезы – это и долго, и больно, и дорого. Гриша понимает, что затягивать с визитом к стоматологу не стоит.
 Но у него сейчас столько разных дел, и у него сейчас столько срочных трат… Ну, вылечит Гриша сейчас один зуб. И что изменится? Ведь останется еще тринадцать больных.
 Матрица редко оставляет своим рабам силы заботиться о здоровье. Матрица требует от рабов сначала расплатиться по ее счетам.

 10. Свадьбы и дни рождения
 Алиса Скотиненок выходит замуж. Алиса работает помощником менеджера, ее избранник – младшим инженером технической поддержки. Бюджет свежесозданной семьи – сорок тысяч рублей в месяц.
 Бюджет свадьбы – пятьсот тысяч.
 Почему бы Алисе не расписаться тихо в ЗАГСе и не поехать отмечать обмен кольцами вдвоем с супругом в какой-нибудь тихий ресторанчик? Зачем ей этот петросянистый тамада, зачем ей эти позорные конкурсы, зачем ей эта толпа пьяного быдла, неуклюже топающая ногами под Верку Сердючку?
 Зачем надо залезать в долги, разорять родителей, кормить и поить людей, которые, будем откровенны, вполне в состоянии поесть и выпить за свой счет? Алиса ведь не дура и понимает, что если она не будет устраивать свадьбу, никто на это и внимания не обратит: пожмут плечами и забудут на следующий день.
 Причин спускать в никуда годовой доход семьи у Алисы две. Во-первых, так ей приказывает Матрица в лице наших обычаев и традиций. Во-вторых, Алисе хочется покрасоваться в белом платье и Алиса считает, что год работы двух человек – вполне нормальная цена за несколько свадебных фотографий.
 Конечно, защитники наивной девушки могли бы сказать сейчас, что свадьба бывает раз в жизни… Но ведь есть еще дни рождения, похороны, отмечания Нового года. Сколько денег Алиса будет спускать ежегодно на эти бестолковые посиделки?

 11. Мелкие расходы
 Вася Жимобрюхов работает сантехником по вызову. Там тысяча, здесь пятьсот рублей… в целом должен был бы получаться неплохой заработок. Однако больше чем пара тысяч у Васи в кошельке обычно не плещется, он почти всегда на мели.
 Почему?
 Потому что Вася как зарабатывает деньги, так их и тратит: не считая. Пятьсот рублей на такси до дома. Тысяча рублей на обед в ресторане. Вроде как, работаешь и работаешь… а денег нет как нет.
 Если бы Вася завел себе блокнот и начал туда записывать все доходы и расходы, у него бы от ужаса зашевелились волосы на заднице. Вася бы увидел, что поесть в ресторане – это не жалкая тысяча за раз, как он думал, а пятьдесят тысяч в месяц, шестьсот тысяч в год. Вася бы увидел, что такси – это удобно и комфортно, но два месяца перемещений на маршрутках позволят ему купить новый компьютер, о котором он мечтает уже три года.
 Однако как и положено нормальному рабу Матрицы, считать деньги Вася не считает нужным.

 12. Дорогая экономия
 Дима Густицын вынужден экономить на еде. Он жрёт бомжпакеты: разводит их кипятком и с отвращением поедает пластмассовой вилкой. Иногда Дима себя балует, кушает покупные пельмени.

 Хорошие макароны с нормальным мясом обошлись бы Диме дешевле, чем доширак с пельменями… однако Диме кто-то когда-то сказал, что доширак — это дёшево, а подсчитать с калькулятором, во сколько реально ему обходятся «дешёвые» вещи, Дима как-то не догадывается.

 Дима уверен, будто деньги — это что-то мелкое и грязное, и что считают их только жлобы. При этом Диму не смущает тот факт, что нежелание разбираться в финансах регулярно заставляет его поступать выступать в роли порядочной сволочи — не отдавая друзьям долги, например.

 Примерно так, наверное, рассуждали в Средние века: аккуратный человек никогда не моет свою задницу: ведь касаться нечистот рукой, смывать их с тела — это такое позорное и недостойное занятие…

 13. Реклама
 Лена Вурдалакина пьет колу, курит мальборо, жует стиморол и жрет в три горла гамбугеры в МакДоналдсе. От нее всегда пахнет дольче габбана, а свой айфон Лена носит в сумке от луивиттон.
 При этом Лена уверена, будто реклама на нее никак не действует, а больной желудок и пустой кошелек – это ее собственный выбор.
 Хищные рыла с телеэкранов хором поддерживают Лену в ее наивном заблуждении: "Ты свободный человек, Леночка, ты умная и красивая женщина, ты всегда абсолютно добровольно и независимо выбираешь, кому из нас ты покорно отнесешь очередную свою зарплату"





Сегодня, в 18.00 пытался, используя SSILD, выйти в ОС. Несколько раз меня выдергивало из засыпания резким звуком - кто-то ругался, хлопал дверью. Это меня немного взбесило. И, видимо, взбесило не совсем вовремя - все дальнейшие события и переживания в ИСС (которе, кстати, ОСом назвать язык не повернется) уже были предопределены. Я пытался заснуть довольно долго, и все время мне кто-то мешал. Меня звали, звонили в телефон, мяукала кошка, кто-то пердел громовыми раскатами термобарического переджа, и все это быстро вылилось в АТОМНУЮ ЯРОСТЬ НЕЧЕЛОВЕЧЕСКОГО МАСШТАБА. Каждая клеточка моего тела НЕНАВИДЕЛА всех, хотела УБИВАТЬ, РАСЧЛЕНЯТЬ, АННИГИЛИРОВАТЬ, ПРЕВРАЩАТЬ ЛЮДЕЙ В ЧИСТУЮ БОЛЬ ПЛОТНОСТИ НЕЙТРОННОЙ ЗВЕЗДЫ! Я трясся, переворачивался со спины на живот, выкручивался, и ненавидел так, как не умел до этого. В конце меня прорвало: я заорал диким воплем, зафигачил кулаком об пол, проснулся от боли, вскочил, швырнул одеяло в окно, и дичайшим пинком открыл дверь. Дома было пусто, никто не ругался и не хлопал дверями. На часах - 20.00 
 Два часа прошло, а кровь еще кипит. Вот так.

А сегодня я решил «влиться в компанию». А так как я живу в маленьком подмосковном городке, то и компаний таких не так уж и много. Одна из таких постоянно гуляет у меня во дворе. Там меня хорошо знают несколько человек, я им частенько помогал с их спермопроблемами. Но в целом вся компания относиться ко мне нейтрально.
 Ну так вот, решил я погулять этот вечер с ними. Да и повод попался подходящий, у одной девушки из компании начались очередные спермопроблемы. Поэтому когда я возвращался домой из магазина, решил задержаться и посидеть с ними. Мне в принципе не составляет труда завязать разговор и пописасть в уши очередным псевдонаучным бредом.
 В этот раз я выслушал девушку, с её спермопроблемой, высказал мнение по поводу увеличения контрастности фоток в контакте (хоть у меня и нет акка, лол), потрепался с парнями о новых игрушках(хоть у меня linux, лол), послушал, кто чего добился и где проснулся на этой недели. И тут началось это. Оно пришло незаметно. Это состояние полной отрешённости. Все их разговоры о новых машинах, работе, девушках и парнях, журналах и миси нозе просто звучали фоном. Про себя я лишь думал: «Ну вот, ты и социализировался, можешь нормально общаться, можешь завести друзей и даже возможно склеить вон ту девушку. ТЫ ВЕДЬ ЭТОГО ХОТЕЛ, УЁБОК? ТЕБЕ И В САМОМ ДЕЛЕ ИНТЕРЕСНЫ ЭТИ БЫДЛОПРОБЛЕМЫ? ТЕБЕ ИНТЕРЕСНО, КОГО ОН ЕБАЛ НА ПРОШЛОЙ НЕДЕЛЕ, И КАКУЮ МОДНУЮ СУМКУ КУПИЛА ОНА ВЧЕРА? БЭХА СЕМЁРА? БРЕДД ПИТТ? МАРТА СТЮАРТ?
 Стоп. Остановил я себя мысленно. Они же нормальные ребята, я просто накручиваю себя.
 «А кто каким видит себя скажем через пят лет» — задал я свой «проверочный» вопрос.
 «Работать буду, куплю бэху семёру или форд фокус, буду в турцию, египет и питер ездить», — все как один сказали парни.
 «Замуж выйду, детей рожу, двоих даже, получу права, буду ездить в питер, турцию и египет» — все как один сказали девушки.
 Я смотрел на них и думал: Их тут 9 человек, а ведь вполне достаточно одного-двух, чтобы прожить эти жизни. А я? Я ведь хочу прожить так же, как они? Я мысленно вспомнил свой список дел на ближайшие годы… Да, если всё вычеркнуть и вписать туда жену и отдых за границей, всё сходится.
 ТЫ ВЕДЬ ЭТОГО ХОТЕЛ, УЁБОК??? ТЕБЕ И В САМОМ ДЕЛЕ ИНТЕРЕСНО ПРОЖИТЬ ЭТУ КОПИЮ ЧЬЕЙ ТО ЖИЗНИ, ПРОСТО ЧТОБЫ БЫТЬ ТАКИМ ЖЕ, КАК ВСЕ??? А КАК ЖЕ ТВОИ ПЛАНЫ? ТВОИ ЦЕЛИ? ТО, ЧЕГО ТЫ ХОТЕЛ?? ТЫ ВСЁ УЖЕ ПРЕДАЛ??? — звучал голос у меня в голове, но я постарался заглушить его.
 Стало темнеть и вся компания пошла к магазину. Мы зашли внутрь, и встали в очередь. Перед нами стояло двое парней, за ними дама лет 35–40 и парень с девушкой.
 «Две «бочки» и винстон» — сказал один из парней, которые стояли в очереди первыми.
 «Мне балтику тройку и фисташек» — попросила, стоящая следом за ними дама.
 «Два ягуара, балтику и лейс» — произнёс парень, что был с девушкой.
 Подошла наша очередь. Один из парней сказал продавщице, что он хочет. И у меня словно яйца молнией от ширинки защемило. Это слова звучали раскатами грома в моей голове. Я выбежал из магазина, бешено вращая глазами. Слова всё ещё звучали у меня в голове:«Два пива, ягуар, винстон, чипсы лейс».
 «Они одинаковые» -промелькнуло у меня в голове. «Все они одинаковые!» — с ужасом произнёс я в слух. «Роботы на едином топливе, запрограммированные на одну программу» — с ужасом повторял я про себя. «Но зачем? Зачем жить, если всё уже расписано за тебя?» «Или может они не живые?» «Точно роботы!» Мир уже захвачен…




http://www.youtube.com/watch?v=og_GMI4nOHQ

 Мы находится на отшибе одной из галактик, летая вокруг никчёмной маленькой жёлтой звезды на еще более никчёмном куске тверди по имени Земля; от нас ничего не зависит. Мы - ничто - это наиточнейшее приближение. Мы ничего не определяем. Мы поднимаем голову и видим, как мерцают звёзды - и многих из них давным-давно нет, да и были они не там, где мы их видим. И ни одна из них не зажглась и не погасла - и никогда не зажжётся и не погаснет - по нашей воле. Мы - ничто. Мы - величайшая случайность среди случайностей, и этот мир - даже если его кто-то сотворил - не улыбается нам и не подготовлен для нас - в фактически 100% точек этого мира мы моментально умрём. И сколько мы можем доныне судить - мы одни, одни в холодном, бездушном, равнодушном, безличном и необъятно огромном мире, в котором вопль наш не слышен, роль наша - отсутствует, ценность наша - ноль, одиночество наше - неизмеримо.
Но
 даже в масштабе нашей никчёмной планеты, мы - фактически ничто. Мы - вид среди видов, звери среди зверей. Мы здесь очень недавно и, вероятно, очень ненадолго. Наш интеллект, наша нервная система напоминают перья райской птицы - изыски природы, могущие привести к немедленной гибели при ужесточении условий существования. Мы - кратчайшая вспышка во тьме геохронологических эпох, капля - в океане того, что было однажды живым и живо ныне. И более 99% когда-либо живших существ - ныне мертвы, т.к. проиграли в борьбе со средою и друг с другом. Наш век короток, наша скорбь - безбрежна. Мы мало живём, но далеко видим - и сколько хватает глаз и электромагнитных лучей, которые мы отправляем вовне, мы - одни, мы - ничто. Природа изобилует жестокостью, подлостью и паразитизмом, она не прекрасна, не гармонична, не мила - она беспощадна, слепа и равнодушна к нашим мечтам, чувствам, к нашей боли - нас ест заживо гангрена, нас выкашивали эпидемии - пока мы не поставили их на службу внутривидовой борьбе. Равновесие наше хрупко, положение наше - шатко. Неудачно пролетающий кусок смёрзшегося газа может запросто положить конец самому нашему существованию. Наша маленькая звезда, вокруг которой мы обращаемся в медленном круговороте затухания, однажды погаснет, и мы можем лишь мечтать о том, чтобы мы были мертвы к тому моменту, когда она лишит нас света и тепла, когда Земля будет парить в холодном, равнодушном, беспощадно безмолвном пространстве.
Скорбь,
 боль и отчаяние - вот суть этого мира.

Петров пришел во вторник на совещание. И началось.

 — Коллеги, — говорит Морковьева, — перед нашей организацией встала масштабная задача. Нам поступил на реализацию проект, в рамках которого нам требуется изобразить несколько красных линий. Вы готовы взвалить на себя эту задачу? 

 — Конечно, — говорит Недозайцев. Он директор, и всегда готов взвалить на себя проблему, которую придется нести кому-то из коллектива. Впрочем, он тут же уточняет: — Мы же это можем? 

 Начальник отдела рисования Сидоряхин торопливо кивает: 

 — Да, разумеется. Вот у нас как раз сидит Петров, он наш лучший специалист в области рисования красных линий. Мы его специально пригласили на совещание, чтобы он высказал свое компетентное мнение. 

 — Очень приятно, — говорит Морковьева. — Ну, меня вы все знаете. А это — Леночка, она специалист по дизайну в нашей организации. 

 Леночка покрывается краской и смущенно улыбается. Она недавно закончила экономический, и к дизайну имеет такое же отношение, как утконос к проектированию дирижаблей. 

 — Так вот, — говорит Морковьева. — Нам нужно нарисовать семь красных линий. Все они должны быть строго перпендикулярны, и кроме того, некоторые нужно нарисовать зеленым цветом, а еще некоторые — прозрачным. Как вы считаете, это реально? 

 — Нет, — говорит Петров. 

 — Давайте не будем торопиться с ответом, Петров, — говорит Сидоряхин. — Задача поставлена, и ее нужно решить. Вы же профессионал, Петров. Не давайте нам повода считать, что вы не профессионал. 

 — Видите ли, — объясняет Петров, — термин «красная линия» подразумевает, что цвет линии — красный. Нарисовать красную линию зеленым цветом не то, чтобы невозможно, но очень близко к невозможному… 

 — Петров, ну что значит «невозможно»? — спрашивает Сидоряхин. 

 — Я просто обрисовываю ситуацию. Возможно, есть люди, страдающие дальтонизмом, для которых действительно не будет иметь значения цвет линии, но я не уверен, что целевая аудитория вашего проекта состоит исключительно из таких людей. 

 — То есть, в принципе, это возможно, мы правильно вас понимаем, Петров? — спрашивает Морковьева. 

 Петров осознает, что переборщил с образностью. 

 — Скажем проще, — говорит он. — Линию, как таковую, можно нарисовать совершенно любым цветом. Но чтобы получилась красная линия, следует использовать только красный цвет. 

 — Петров, вы нас не путайте, пожалуйста. Только что вы говорили, что это возможно. 

 Петров молча проклинает свою болтливость. 

 — Нет, вы неправильно меня поняли. Я хотел лишь сказать, что в некоторых, крайне редких ситуациях, цвет линии не будет иметь значения, но даже и тогда — линия все равно не будет красной. Понимаете, она красной не будет! Она будет зеленой. А вам нужна красная. 

 Наступает непродолжительное молчание, в котором отчетливо слышится тихое напряженное гудение синапсов.

 — А что если, — осененный идеей, произносит Недозайцев, — нарисовать их синим цветом? 

 — Все равно не получится, — качает головой Петров. — Если нарисовать синим — получатся синие линии. 

 Опять молчание. На этот раз его прерывает сам Петров. 

 — И я еще не понял… Что вы имели в виду, когда говорили о линиях прозрачного цвета? 

 Морковьева смотрит на него снисходительно, как добрая учительница на отстающего ученика. 

 — Ну, как вам объяснить?.. Петров, вы разве не знаете, что такое «прозрачный»? 

 — Знаю. 

 — И что такое «красная линия», надеюсь, вам тоже не надо объяснять? 

 — Нет, не надо. 

 — Ну вот. Вы нарисуйте нам красные линии прозрачным цветом. 

 Петров на секунду замирает, обдумывая ситуацию. 

 — И как должен выглядеть результат, будьте добры, опишите пожалуйста? Как вы себе это представляете? 

 — Ну-у-у, Петро-о-ов! — говорит Сидоряхин. — Ну давайте не будем… У нас что, детский сад? Кто здесь специалист по красным линиям, Морковьева или вы? 

 — Я просто пытаюсь прояснить для себя детали задания… 

 — Ну, а что тут непонятного-то?.. — встревает в разговор Недозайцев. — Вы же знаете, что такое красная линия? 

 — Да, но… 

 — И что такое «прозрачный», вам тоже ясно? 

 — Разумеется, но… 

 — Так что вам объяснять-то? Петров, ну давайте не будем опускаться до непродуктивных споров. Задача поставлена, задача ясная и четкая. Если у вас есть конкретные вопросы, так задавайте. 

 — Вы же профессионал, — добавляет Сидоряхин. 

 — Ладно, — сдается Петров. — Бог с ним, с цветом. Но у вас там еще что-то с перпендикулярностью?.. 

 — Да, — с готовностью подтверждает Морковьева. — Семь линий, все строго перпендикулярны. 

 — Перпендикулярны чему? — уточняет Петров. 

 Морковьева начинает просматривать свои бумаги. 

 — Э-э-э, — говорит она наконец. — Ну, как бы… Всему. Между собой. Ну, или как там… Я не знаю. Я думала, это вы знаете, какие бывают перпендикулярные линии, — наконец находится она. 

 — Да конечно знает, — взмахивает руками Сидоряхин. — Профессионалы мы тут, или не профессионалы?..?

 — Перпендикулярны могут быть две линии, — терпеливо объясняет Петров. — Все семь одновременно не могут быть перпендикулярными по отношению друг к другу. Это геометрия, 6 класс. 

 Морковьева встряхивает головой, отгоняя замаячивший призрак давно забытого школьного образования. Недозайцев хлопает ладонью по столу: 

 — Петров, давайте без вот этого: «6 класс, 6 класс». Давайте будем взаимно вежливы. Не будем делать намеков и скатываться до оскорблений. Давайте поддерживать конструктивный диалог. Здесь же не идиоты собрались. 
 — Я тоже так считаю, — говорит Сидоряхин. 

 Петров придвигает к себе листок бумаги. 

 — Хорошо], — говорит он. — Давайте, я вам нарисую. Вот линия. Так? 

 Морковьева утвердительно кивает головой. 

 — Рисуем другую… — говорит Петров. — Она перпендикулярна первой? 

 — Ну-у… 

 — Да, она перпендикулярна. 

 — Ну вот видите! — радостно восклицает Морковьева. 

 — Подождите, это еще не все. Теперь рисуем третью… Она перпендикулярна первой линии?.. 

 Вдумчивое молчание. Не дождавшись ответа, Петров отвечает сам: 

 — Да, первой линии она перпендикулярна. Но со второй линией она не пересекается. Со второй линией они параллельны. 

 Наступает тишина. Потом Морковьева встает со своего места и, обогнув стол, заходит Петрову с тыла, заглядывая ему через плечо. 

 — Ну… — неуверенно произносит она. — Наверное, да. 

 — Вот в этом и дело, — говорит Петров, стремясь закрепить достигнутый успех. — Пока линий две, они могут быть перпендикулярны. Как только их становится больше… 
 — А можно мне ручку? — просит Морковьева. 

 Петров отдает ручку. Морковьева осторожно проводит несколько неуверенных линий. 

 — А если так?.. 

 Петров вздыхает. 

 — Это называется треугольник. Нет, это не перпендикулярные линии. К тому же их три, а не семь. 

 Морковьева поджимает губы. 

 — А почему они синие? — вдруг спрашивает Недозайцев. 

 — Да, кстати, — поддерживает Сидоряхин. — Сам хотел спросить. 

 Петров несколько раз моргает, разглядывая рисунок. 

 — У меня ручка синяя, — наконец говорит он. — Я же просто чтобы продемонстрировать… 

 — Ну, так может, в этом и дело? — нетерпеливо перебивает его Недозайцев тоном человека, который только что разобрался в сложной концепции и спешит поделиться ею с окружающими, пока мысль не потеряна. — У вас линии синие. Вы нарисуйте красные, и давайте посмотрим, что получится. 
 — Получится то же самое, — уверенно говорит Петров. 

 — Ну, как то же самое? — говорит Недозайцев. — Как вы можете быть уверены, если вы даже не попробовали? Вы нарисуйте красные, и посмотрим. 
 — У меня нет красной ручки с собой, — признается Петров. — Но я могу совершенно… 

 — А что же вы не подготовились, — укоризненно говорит Сидоряхин. — Знали же, что будет собрание… 

 — Я абсолютно точно могу вам сказать, — в отчаянии говорит Петров, — что красным цветом получится точно то же самое. 

 — Вы же сами нам в прошлый раз говорили, — парирует Сидоряхин, — что рисовать красные линии нужно красным цветом. Вот, я записал себе даже. А сами рисуете их синей ручкой. Это что, красные линии по-вашему?
 — Кстати, да, — замечает Недозайцев. — Я же еще спрашивал вас про синий цвет. Что вы мне ответили? 

 Петрова внезапно спасает Леночка, с интересом изучающая его рисунок со своего места. 

 — Мне кажется, я понимаю, — говорит она. — Вы же сейчас не о цвете говорите, да? Это у вас про вот эту, как вы ее называете? Перпер-чего-то-там? 
 — Перпендикулярность линий, да, — благодарно отзывается Петров. — Она с цветом линий никак не связана. 

 — Все, вы меня запутали окончательно, — говорит Недозайцев, переводя взгляд с одного участника собрания на другого. — Так у нас с чем проблемы? С цветом или с перпендикулярностью? 
 Морковьева издает растерянные звуки и качает головой. Она тоже запуталась. 

 — И с тем, и с другим, — тихо говорит Петров. 

 — Я ничего не могу понять, — говорит Недозайцев, разглядывая свои сцепленные в замок пальцы. — Вот есть задача. Нужно всего-то семь красных линий. Я понимаю, их было бы двадцать!.. Но тут-то всего семь. Задача простая. Наши заказчики хотят семь перпендикулярных линий. Верно? 
 Морковьева кивает. 

 — И Сидоряхин вот тоже не видит проблемы, — говорит Недозайцев. — Я прав, Сидоряхин?.. Ну вот. Так что нам мешает выполнить задачу? 
 — Геометрия, — со вздохом говорит Петров. 

 — Ну, вы просто не обращайте на нее внимания, вот и все! — произносит Морковьева. 

 Петров молчит, собираясь с мыслями. В его мозгу рождаются одна за другой красочные метафоры, которые позволили бы донести до окружающих сюрреализм происходящего, но как назло, все они, облекаясь в слова, начинаются неизменно словом «Блять!», совершенно неуместным в рамках деловой беседы. 
 Устав ждать ответа, Недозайцев произносит: 

 — Петров, вы ответьте просто — вы можете сделать или вы не можете? Я понимаю, что вы узкий специалист и не видите общей картины. Но это же несложно — нарисовать какие-то семь линий? Обсуждаем уже два часа какую-то ерунду, никак не можем прийти к решению. 

 — Да, — говорит Сидоряхин. — Вы вот только критикуете и говорите: «Невозможно! Невозможно!» Вы предложите нам свое решение проблемы! А то критиковать и дурак может, простите за выражение. Вы же профессионал! 
 Петров устало изрекает: 

 — Хорошо. Давайте я нарисую вам две гарантированно перпендикулярные красные линии, а остальные — прозрачным цветом. Они будут прозрачны, и их не будет видно, но я их нарисую. Вас это устроит? 
 — Нас это устроит? — оборачивается Морковьева к Леночке. — Да, нас устроит. 

 — Только еще хотя бы пару — зеленым цветом, — добавляет Леночка. — И еще у меня такой вопрос, можно? 

 — Да, — мертвым голосом разрешает Петров. 

 — Можно одну линию изобразить в виде котенка? 

 Петров молчит несколько секунд, а потом переспрашивает: 

 — Что? 

 — Ну, в виде котенка. Котеночка. Нашим пользователям нравятся зверюшки. Было бы очень здорово… 

 — Нет, — говорит Петров. 

 — А почему? 

 — Нет, я конечно могу нарисовать вам кота. Я не художник, но могу попытаться. Только это будет уже не линия. Это будет кот. Линия и кот — разные вещи. 
 — Котенок, — уточняет Морковьева. — Не кот, а котенок, такой маленький, симпатичный. Коты, они… 

 — Да все равно, — качает головой Петров. 

 — Совсем никак, да?.. — разочарованно спрашивает Леночка. 

 — Петров, вы хоть дослушали бы до конца, — раздраженно говорит Недозайцев. — Не дослушали, а уже говорите «Нет». 

 — Я понял мысль, — не поднимая взгляда от стола, говорит Петров. — Нарисовать линию в виде котенка невозможно. 

 — Ну и не надо тогда, — разрешает Леночка. — А птичку тоже не получится? 

 Петров молча поднимает на нее взгляд и Леночка все понимает. 

 — Ну и не надо тогда, — снова повторяет она. 

 Недозайцев хлопает ладонью по столу. 

 — Так на чем мы остановились? Что мы делаем? 

 — Семь красных линий, — говорит Морковьева. — Две красным цветом, и две зеленым, и остальные прозрачным. Да? Я же правильно поняла? 
 — Да, — подтверждает Сидоряхин прежде, чем Петров успевает открыть рот. 

 Недозайцев удовлетворенно кивает. 

 — Вот и отлично… Ну, тогда все, коллеги?.. Расходимся?.. Еще вопросы есть?.. 

 — Ой, — вспоминает Леночка. — У нас еще есть красный воздушный шарик! Скажите, вы можете его надуть? 

 — Да, кстати, — говорит Морковьева. — Давайте это тоже сразу обсудим, чтобы два раза не собираться. 

 — Петров, — поворачивается Недозайцев к Петрову. — Мы это можем? 

 — А какое отношение ко мне имеет шарик? — удивленно спрашивает Петров. 

 — Он красный, — поясняет Леночка. 

 Петров тупо молчит, подрагивая кончиками пальцев. 

 — Петров, — нервно переспрашивает Недозайцев. — Так вы это можете или не можете? Простой же вопрос. 

 — Ну, — осторожно говорит Петров, — в принципе, я конечно могу, но… 

 — Хорошо, — кивает Недозайцев. — Съездите к ним, надуйте. Командировочные, если потребуется, выпишем. 

 — Завтра можно? — спрашивает Морковьева. 

 — Конечно, — отвечает Недозайцев. — Я думаю, проблем не будет… Ну, теперь у нас все?.. Отлично. Продуктивно поработали… Всем спасибо и до свидания! 

 Петров несколько раз моргает, чтобы вернуться в объективную реальность, потом встает и медленно бредет к выходу. У самого выхода Леночка догоняет его. 

 — А можно еще вас попросить? — краснея, говорит Леночка. — Вы когда шарик будете надувать… Вы можете надуть его в форме котенка?.. 
 Петров вздыхает. 

 — Я все могу, — говорит он. — Я могу абсолютно все. Я профессионал.



inurl:hp/device/this.LCDispatcher?nav=hp.Print




Мать говорила тебе: "Вася, иди осторожнее, там у подъезда какие-то парни". Учителя в Школе повторяли: "Если видишь компанию из нескольких человек, перейди на другую сторону". Тебя учили, что нельзя смотреть в глаза. Это может кого-то разозлить. Тебя могут ударить. Избить. Покалечить. Испачкать. Ещё тогда, 15 лет назад, тебя научили бояться. Ты вырос трусом, и считаешь это нормальным. Потому что окружают тебя такие же трусы. Тебя ударят, а ты убежишь, намочив при этом штаны.

Тебе запрещали носить нож. Тебе говорили, что тебя порежут своим же оружием. А если ты, не дай Бог, кого-нибудь зацепишь, тебя поймают и посадят. У тебя будут проблемы. Вместе с истеричными завываниями старших ты впитал главную мораль своей жалкой жизни: уходи от проблем. Прячься, убегай, оглядывайся по сторонам. Главное, не попади в милицию. Главное, не вылети из школы. Когда ты сталкиваешься с проблемой, у тебя подкашиваются ноги. Когда ты слышишь о проблемах других, ты смеёшься. И вместе с тем дрожишь.


Тебя учили уважать и слушаться старших. А старшие в это время глушили дешёвое вино, сквернословили и мечтали о новой машине и балконе на даче. Ты впитал эти цели в себя. Только мозгов у тебя ещё меньше, чем у них, а амбиций — в разы больше. На этом основании ты считаешь себя высокодуховной личностью? Ты чмо, а не личность. Трусливое беспомощное чмо.

Тебя с детства учили, что твой народ — это ничто, и ты должен жить исключительно для себя. Для квартиры, машины и балкона на даче. Так ты забыл про своих ближних, про свою кровь. Ты презираешь собственный народ, хотя сам являешься его частью. Ты баклажан, зреющий на поле среди миллионов точно таких же овощей.

Потом ты вырос, и стал программистом или менеджером. Ты сидишь в офисе и получаешь свои 1500 баксов. Родители тобой гордятся. Но что ты будешь делать, когда придётся защищать свою семью? Что ты сделаешь, когда к твоей жене полезет наглый "джигит"? Обделаешься в штаны? Что ты сделаешь, когда твоего сына изобьют кавказцы? Скажешь ему, чтобы обходил стороной нехороший дворик? Обратишься в милицию, которая над тобой только посмеётся?

Что ты сделаешь, когда у пенсионеров отнимут последние льготы? Когда цены за услуги ЖКХ скакнут в два раза? Когда узнаешь, что за прошедший год в Россию въехало больше миллиона мигрантов, в то время как русских стало на миллион меньше? Тебя это не будет волновать. Ты зарабатываешь достаточно, чтобы платить за квартиру, а то, что для миллионов твоих соотечественников это серьёзный удар, тебе не интересно.

Так ты проживёшь всю жизнь. Если повезёт, заработаешь на квартиру и воспитаешь своих детей так, как когда-то воспитали тебя. А тем временем от систем образования и здравоохранения, и так дышащих на ладан, не останется ничего. Страну заселят орды азиатов, а твой ребёнок будет изгоем в классе, состоящем из Магомедов, Ибрагимов и Самвелов. Когда до тебя это дойдёт, будет поздно. Ты будешь винить во всём "власть", но ты не сделаешь ничего, чтобы остановить этот беспредел. Просто ты станешь чаще оглядываться по сторонам, но будешь терпеть. Потому что ты боишься сесть в тюрьму, даже получить синяк под глазом ты боишься. "Клиенты на работе не поймут".

Тебя с детства растили на убой. И ты вырос самодовольным беспомощным овощем. Твой конец предрешён: либо ты сгниёшь на грядке, либо тебя съедят. Третьего не дано.





Шум выстрелов разбудил Иннокентия. Его сослуживцы отстреливались от противников из окон здания. -Вставай, ленивый зад! Вставай! - крикнул ему Лаврентий. Иннокентий схватил ружье и принялся бежать на первый этаж. Заняв позицию он отстреливал бегущих к дому солдат. Между собой они называли их "Рачки" потому, что они практически не могли отстреливаться в ответ , не знали тактики и бежали на верную смерть. Пережив очередную волну набега солдаты устроились в одной из безоконных комнат. Они разожгли небольшой костер и достали запасы тушенки. Иннокентий очень любил такие посиделки. На них солдаты травили анекдоты и рассказывали интересные истории из жизни. -Ребята, там тяжелая наступает!,- сообщил нам забежавший в комнату солдат. Все ринулись к позициям. Иннокентию приказали охранять тыл. Солдаты никак не могли остановить танк и многие прыгали под гусеницы, дабы остановить его. Гранаты уже давно кончились. Спустя пару часов битвы в доме остались только Иннокентий и Лаврентий. Лаврентий лежал без сознания. Его сильно оглушил упавший рядом снаряд. Иннокентий решил действовать. Он схватил своё ружье и с криком -Аперджио, мудила!,- кинулся на огромного "монстра". Он полосовал его штыком и пытался открыть люк монтировкой, но его старания были тщетны. Из кабины доносился только ужасный, безумный смех.-Да у вас багет, пид*оры!,- крикнул он сидящим в кабине солдатам. Смех прекратился. Танк пошел в атаку. Он подмял под себя ноги Иннокентия и проехался по ним пару раз. Эти минуты казались солдату вечными. Усугубила ситуацию проезжающая мимо машина с солью. Ее подбил один из солдатов противника и парочка рассыпанных пачек соли упали на обрубки ног солдата. Не вытерпев боли солдат потерял сознание. Очнулся он от пощечин. Это был Лаврентий.-Сейчас мы тебя спасём, друг. Ты держись.
 -Но мои ноги! Их нет!
 -До свадьбы заживет, друг. До свадьбы заживет.
 Иннокентий снова потерял сознание. Очнулся он в военном госпитале. Тело ужасно болело. Он не чувствовал ног.-Отлежал наверное,- подумал он. Каково было его удивление, когда солдат не обнаружил их. Не стерпев несовершенства мира Иннокентий потерял сознание еще раз.-Вставай, унтерменш!,- ехидным голосом сказал ему Лаврентий.
 -У меня нет ног, бля*ть! Как же я буду играть в гольф?! А в карты?!
 -Я же тебе говорил, друг. До свадьбы заживет. Просто поверь мне на слово.
 Иннокентий пролежал в госпитале месяц, затем его отправили домой. Последующие три года Иннокентий провел дома. Он практически никуда не ходил. Сидел в инвалидной коляске, слушал пост-рок и разглядывал лысые деревья за окном. Выйдя очередной раз в магазин за едой он встретил девушку. Она была без руки.-Здравствуйте, я вижу Вас тоже война покарала?,- спросила его эта девушка. Она стояла рядом с ним у хлебного отдела.
 -Так и есть.
 -Меня Бестрева зовут, а Вас?
 -Иннокентий. Для друзей просто - Граф Пётр.
 -Рада знакомству!
 После пяти часов разговоров у хлебного отдела Иннокентий пригласил даму к себе домой. Он наспех набрал продуктов, схватил портвейн "777" и они двинулись к нему домой. Выходя из магазина они заметили человека в плаще. Он держал за пазухой багет и убегал в сторону многоэтажек.
 Так и произошла первая встреча влюблённых.
 Спустя два года они решили сыграть свадьбу. Со стороны невесты пришло множество людей. Со стороны Иннокентия не пришел никто. Он никого и не приглашал. Некого было. Они уже находились у венца, когда Иннокентий увидел Лаврентия. Он стоял в толпе и повторял какие-то слова. Иннокентий стал читать по губам. Этому их учила повариха Изаида.-До свадьбы заживет друг, заживет,- шептал Лаврентий.
 После свадьбы Иннокентий стал искать своего друга, но пара часов поиска не принесла никаких результатов. Он не смог его найти. Молодожены двинулись домой. На утро Иннокентий проснулся со странным ощущением в области ног.
 -Ноги! У меня есть ноги! Бестрева, проснись! У меня появились ноги е*баный в рот!,- кричал он радостным криком.
 Бестрева проснулась и протерла глаза руками.
 -Что с тобой, чудак?,- прошептала сонным голосом она и замерла. Они оба замерли. У Бестревы появилась рука.
 Весь следующий день у Иннокентия в голове звучали лишь слова Лаврентия. Под вечер он разузнал в справочной его стационарный номер и позвонил ему. Оказалось что Лаврентий умер на войне. На него приземлился дирижабль "Зефир" с множеством подопытных существ. Его обокрали и обглодали тело. Об этом ему сообщил отец Лаврентия. По его щекам невольно побежали слезы.-Спасибо тебе, друг. Спасибо,- шептал он. Весь последующий день Иннокентий провел у окна. Как в былые времена. Красивый был закат.





Вы действительно думаете, что вы произошли от какой-то простейшей бактерии, чудесным образом появившуюся в воде? Вы думаете, что вы произошли от обезьяны? Вы верите в то, что вам говорит наука о космосе?
Тогда посмотрите как те же физические законы опровергают вашу науку:

1. Первый миф: вращение Земли вокруг своей оси. Разоблачение: 
Ученые утверждают, что скорость вращения Земли вокруг своей оси - 1600 км в час - то есть фактически это означает, что вертолет, который взлетает на один час в воздух находясь на одном месте должен преодолеет 1600 километров! Просто стоя на месте! Или самолет, летящий с Запада на Восток со скоростью 1000 км в час должен по идее лететь со скоростью 2600 км в час! Но этого не происходит! Наука оболгала правду, которую Бог дал людям порядка 7 тысяч лет назад! Земля не вращается вокруг своей оси!

2. Второй миф: Гелиоцентризм. Разоблачение:
Солнце, луна, и звезды проходят по небосклону практически с одной и той же скоростью ВСЕГДА (посмотрите видео интервальной съемки неба), то есть фактически солнце крутится вместе с луной вокруг земли, если поставить интервальную съемку неба, то там совершенно отчетливо видно как по небу с одной и той же скоростью проходит сначала солнце потом немного быстрее проходит луна, а потом и все звезды! Это означает что они находятся приблизительно на одном и том же расстоянии! Почему? Например, ты едешь в машине и смотришь в окно: предметы мира, которые находятся рядом пролетают быстро, а то что находится вдали - движется очень медленно - вывод, если бы луна, солнце и звезды были бы на значительных и разных расстояниях, то их скорость перемещения по небосклону кардинально отличалась бы друг от друга! То о чем говорит наука о космосе - ложь. Задумайтесь!
Задумайтесь, покайтесь и примите Христа, перестаньте верить тому, что говорят в пластмассовой коробке, начните верить тому, что дал вам ваш Создатель.



Учебники по психиатрии называют это болезнью. Я называю это даром. Являясь гостеприимным хозяином, я открыл Ему дверь в мой разум, в мою жизнь. Ему тут понравилось. Когда я засыпаю, просыпается Он, делает свое дело, а с рассветом уходит. Он заботится обо мне. С утра меня ждет горячий чай, набранная ванна и легкий завтрак. Меня не ждут у двери представители органов правопорядка, потому что Он заботится обо мне. Он отлично заметает следы. 

Примерно раз в неделю я нахожу в газетах новости об очередном убийстве. Как всегда чисто, без свидетелей, профессионально. Я бы так не смог, хорошо, что Ему это под силу. Однажды я попросил пояснить мне, в чем смысл этих убийств? Ответ я получил утром. На прикроватной тумбочке лежал сложенный лист бумаги.

"Здравствуй, Дневной. 
Мне понятен твой интерес, ты не знаешь, как далеко это может зайти, и как долго это продлится. В конце концов, тебе просто страшно за себя, за нас. Все идет по плану, все эти люди заслуживали своей участи, ибо они отказались от самого главного, от борьбы. Я подходил к ним в темноте, писал угрозы в письмам, донимал звонками. Все они боялись меня, ставили сигнализации, звонили в полицию, не выходили из домов. Они были трусы, я хочу, что бы в мире не было трусов. Они ничего не делали даже с другими, более слабыми, в отличие от меня, обидчиками. Они сами отказались от борьбы, и поэтому умерли
Ночной"

Убийства все продолжались. Среди жертв числились и менеджеры всех рангов и мастей, студенты, даже пара депутатов. В список умерших так же попала пара безработных, убитых в собственных квартирах, прямо у мониторов. Были убиты пара учителей, несколько алкоголиков, с пяток гопников и один журналист. 
Их душили, расчленяли, вкалывали смертельные дозы препаратов, топили, вешали, поджигали. Встречались и совсем диковинные способы расправы. Одного "утопили" в кастрюле с кипятком, другому подвели катетер от мочевого пузыря к вене, что повлекло заражение. Кого-то заставили мастурбировать, а в момент оргазма выстрелили в пах, а спустя полчаса в голову. 

Вырезки с заголовками об убийствах я аккуратно складывал в коробку из-под конфет. Я решил не вмешиваться в дела моего "напарника", в конце концов, от меня требовалось просто пораньше ложиться спать. 

Однажды утром, я понял, что мне страшно. Страшно за своих друзей и родню. Что если напарник решит что и они "слабы"?
Я пробовал меньше спать, ложиться в пятом часу утра, и вставать в восемь, поддерживать себя кофеином и энергетиками.

Ему это не понравилось.
Однажды я проснулся, а перед моим лицом висел нож, привязанный на нитку с люстре. 
Это было предупреждение, но я знал, что мне нужно выгнать непрошеного "квартиранта". Я пошел к врачу, получил рецепт на препараты, но они не помогли.
Эта борьба продолжалась около месяца. Утром я обнаруживал себя в ванной, а рядом лежал включенный фен. Я просыпался от запаха газа, лежа на полу кухни. Я просыпался, держа над рукой лезвие. Я доставал из бутербродов снотворное. 

Однажды я очнулся на краю крыше. Нога была уже в воздухе, готовая сделать губительный шаг. 
Налетел ветер и я ухнул вниз, стремительно приближался асфальт, а в голове звучало огорченное: "трус..."

Итак анон, на днях мне было скучно и я решил регнуться вбыдлятне, о чем сейчас и расскажу.
Фейки у меня и раньше были, но они накрылись из-за моего нежелания аппрувить их через номер мабилы тогда.
Но в этот раз скука оказалась сильнее чем нежелание идти на поводку у дурочки и делать эту рабскую привязку к номеру телефона, так что я таки создал себе страницу, используя левую симку.

Тут же зашел посмотреть на общеизвестное МДК и взбугуртил как увидел что там целых 2 миллиона ебаных дегенератов, блядь.

Да и помимо мдкашного говна предостаточно встретилось крайне тупых групп и явлений.
Так что я даже сходу составил некоторые критерии детектирования местного быдла, помимо прочих его признаков:
- есть подписки на любой из пабликов — быдло
- есть репосты — быдло
- есть посты из приложений/игр — быдло
- засвечены реальные фотки и приватные данные — быдло
- в списке друзей находится быдло — быдло
- бонус: на странице есть что-то относящееся к АИБ — анонимное быдло

Так же чуть позже запилил небольшой скрипт, открывающий страницу со случайным ID, ибо поиском пользоваться - как оказалось хуевая и неудобная идея:

javascript:var min_random = 1; var max_random = 27000000; max_random++; var range = max_random - min_random; var n=Math.floor(Math.random()*range) + min_random; document.location.replace('http://KV.com/id' + n);

чтобы запустить скрипт, надо засунуть его в адресную строку браузера и заменить в его тексте KV на VK. операбоги могут при этом прописать себе удобную кнопку где-нибудь на панель инструментов, на счет прочих недобраузеров - хуй знает

Полуркав таким скриптом рандомные профили, у меня даже нарисовалась некоторая статистика:
Всего вбыдлятне: ~27 000 000++ ID
- из них приблизительно у 35% профиль или удален или заблокирован
- еще у ~15%: мертвые/заброшенные аккаунты, активность на которых была год или более назад
- еще у ~10%: пустые профили с 0 ДРУЗЯФОК, 0 кусков говна на стенке, без какой-либо инфы и т.п.
- ну и примерно у ~5% очевидные фейки

То есть реально там сидит и светит своими говнофотками и личной инфой не более 10 миллионов быдлеца, скорее всего даже меньше.
Это вроде как очень мало, учитывая население этой страны и то, что около 1/4 этих посетителей на самом деле из соседних стран.
Так что феномен популярности вбыдлятни таки сильно переоценен, в некотором смысле.
Такие выводы.

Алсо, с помощью подобного скрипта надеюсь НЕОЖИДАННО встретить кого-то годного среди тонн говна. 
Ну или просто найти особо упоротых быдлоидов чтобы пополнить быдло-пак их фотками или даже посраться с ними в ПМ.
И т.д.

В общем, это будет вбыдлятни тред.
И да, можете добавляться к /silverbow кому скучно, или просто оставляйте свои фейки чтобы набрать таких же хитрожопых братишек-лжецов в друзяффки.
Как-то так.